 |
 |
| Психоанализ сновидений |
| 10.10.2008 03:00 | |
|
Короленко Ц.П., доктор мед наук, профессор НМА, Новосибирск В статье рассматриваются современные проблемы анализа сновидений, в том числе лиц, страдающих посттравматическими стрессовыми расстройствами. Представлены разнообразные точки зрения на анализ сновидений, подразделение содержаний сновидений на манифестные, о которых пациенты могут рассказывать без специального сопротивления, особенно в доверительной обстановке в информативном стиле, и латентные, остающиеся в бессознательном, вследствие влияния superegо. Описан используемый в сновидениях язык сознания и бессознательного. Даны формы и отличия друг от друга таких механизмов сновидения, как конденсация и смещение. Описаны защитный механизм - маскировка, с помощью которого сновидения «защищают себя» и направления классической трактовки символов. Поскольку сновидение само по себе носит фрагментарный характер и для достижения логичности и последовательности изложения необходима когезивность (спаянность), отмечено, что рассказ о сновидениях требует вторичной ревизии.
Охарактеризованы толкование (интерпретация) сновидений и работа сновидений. Подчеркнуто, что, в связи с тем, что, следование психодинамическому направлению позволяет считать причиной возникновения посттравматических стрессовых расстройств (ПТСР) конфликты, возникшие из-за несоответствия личностных ценностей и внутренней картины мира пациента действительности травмирующей ситуации, задаче по устранению этих конфликтов должна быть подчинена работа специалиста. Общей целью психокоррекции лиц с ПТСР является достижение когнитивной и эмоциональной интеграции self - объектных репрезентаций, позволяющей редуцировать это состояние.
Анализ сновидений занимает в психоанализе центральное место, что относится как к теории, так и к практике лечения. Исследование скрытого смысла сновидений позволяет понять некоторые содержания бессознательного, что может быть затруднено или невозможно при анализе пациентов, находящихся в бодрствующем состоянии. Известное выражение Freud'а о том, что «интерпретация сновидений является королевской дорогой к познанию бессознательных активностей психики», стало тривиальным в психоанализе. Книга автора «Интерпретация сновидений» продолжает оказывать влияние на дальнейшее развитие теории бессознательного.
Freud считал, что в содержании сновидений содержится исполнение желания в замаскированной форме.
Сны, содержащие в себе прямое исполнение желаний, возникают у взрослых в ситуациях голода, жажды, перегревания, охлаждения и др. В подобных случаях имеет место сравнительно беспрепятственная взаимосвязь между возникшим в сознании желанием и его трансформацией в галлюцинаторное удовлетворение потребности во время сновидения. На основании анализа сновидений с тематикой исполнения желаний, Freud пришел к заключению, что сновидения выполняют функцию сохранения сна, обеспечивая галлюцинаторное удовлетворение желаний. Этот постулат, принятый классическими психоаналитиками, представляется дискуссионным, так как исполнение желания в сновидении может приводить к пробуждению.
Если желания ассоциируются с эмоциональным конфликтом, противоречат социальным ограничениям, культурально акцептируемым нормам или нарушают требования реальности и адаптации, то прямое исполнение желаний даже в галлюцинаторной форме сновидения оказывается невозможным и поэтому вынуждено принимать замаскированный характер. Сновидение становится зашифрованным, и для того, чтобы раскрыть его настоящий смысл, необходимо не просто знать основное, например общее содержание символов женской и мужской сексуальности (символику различных предметов и активностей), но, прежде всего, индивидуальную систему сформированных жизнью ценностей, конфликты и травмы детского периода, а также события, предшествующие сновидению. Особое значение в этом процессе приобретают контакт с аналитиком и содержание трансференса, активизирующие те или иные бессознательные содержания. В связи с этим следует иметь в виду, что универсального значения символов сновидений не существует.
Freud акцентуировал внимание на необходимости разделения содержания сновидений на манифестные, о которых пациенты могут рассказывать без специального сопротивления, особенно в доверительной обстановке в информативном стиле, и латентные, остающиеся в бессознательном, вследствие влияния superegо.
Положение Freud'а о том, что сновидения представляют собой замаскированное исполнение репрессированных желаний, может быть продемонстрировано на многих примерах из жизни любого человека. Тем не менее, содержание сновидений этим не исчерпывается, поскольку в их структуре сочетаются различные психические феномены, например, такие, как творческие идеи, страхи, картины природы, ландшафты, приятные и неприятные воспоминания.
Более полно смысл сновидений раскрывает Mollon (2002): «сновидения пытаются иметь дело со сферами эмоциональной жизни, которые беспокоят и включают конфликт и которые частично бессознательны в часы нашего бодрствования».
С точки зрения Bion (1977), сновидения функционируют в качестве «контактного барьера» между сознательной и бессознательной психикой. Этому барьеру свойственна двойная функция: с одной стороны, он позволяет определенной части бессознательных содержаний проявить, выразить себя в сознании спящего, с другой – блокировать большую их часть.
Контактный барьер, таким образом, предотвращает вторжение бессознательных материалов, делает невозможной инфляцию ими сознания, что могло бы привести к развитию психического расстройства.
Нарушение контактного барьера, согласно Bion'у, опасно. К такому нарушению может привести интерпретация сновидений. Некоторые пациенты при углубленном анализе сновидений испытывают страх сойти с ума. Анализируя механизмы сновидений, Bion выделяет понятие «альфа функции», назначение которой в превращении сенсорных стимулов в эмоционально значимые репрезентации. Репрезентации соответственно органам чувств могут быть зрительными, слуховыми, осязательными, обонятельными и вкусовыми. В эмоционально значимой форме они усваиваются психикой и способствуют психическому развитию, для которого необходимо соблюдение постоянства процесса (в бодрствующем состоянии и во время сна). Нарушение возможности «видеть сны» является признаком прерывания процесса усвоения репрезентаций и клинически выражается в приступах паники у спящего пациента (Bion, 1977).
Сны «показывают» и «говорят» языком бессознательного, который отличается от языка сознательной психики, оперирующего в рамках аппарата психического процесса, где присутствует логика, соблюдаются определенные грамматические правила. Язык сознания является средством коммуникации, понятным для других людей, говорящих на том же языке. Используемый в сновидениях язык бессознательного оперирует, главным образом, зрительными образами, причем в последних в причудливых комбинациях одновременно существуют множественные значения. Описывая это состояние, Mollon (2002) для большей наглядности использует метафоры, в которых большое количество мыслей «разбито на части или свалено в кучу, а затем из него выжаты небольшие значения». Вместе с тем, такая аналогия не объясняет всей оригинальности творческих моментов, часто присутствующих в сновидениях.
Способность комбинировать в одном образе различные элементы значений Freud называл конденсацией. Конденсация была описана им как один из фундаментальных механизмов, посредством которых осуществляется «работа сна».
Различные элементы сновидения могут комбинироваться, образуя разнообразные формы. Один элемент как производное конденсации (какой-то человек, образ, предмет) может возникать неоднократно в различных «сно-мыслях».
Механизм конденсации не является исключительно прерогативой сновидений, он выявляется и в бодрствующем состоянии. Freud (1904, 1905) продемонстрировал, что конденсация является важным фактором в механизме юмора, в забывании слов.
Мы обнаруживаем его проявления при оценке эмоционально значимых лиц и ситуаций пациентами с шизотипическим и посттравматическим личностным расстройством. Механизм конденсации проявляется и в образовании неологизмов, характерного явления в клинике шизофренических расстройств. Этот факт может быть использован в качестве доказательства значения инфляции сознания бессознательными материалами в развитии психических расстройств психотического уровня.
Механизм конденсации в сновидениях облегчает функционирование цензуры superego, затрудняя объяснение смысла сновидения (в том числе, и его манифестного содержания). Из этого, однако, не следует, что сама конденсация является непосредственным результатом цензуры, она - скорее средство избежать последней.
Следует подчеркнуть, что главное в механизме конденсации - это свойство бессознательного мышления. Первичный процесс создает условия для осуществления и активации конденсации нескольких имиджей и может приводить к стиранию черт, которые не совпадают с желанием и сохранению тех, которые «подходят» к определенной теме. Freud (1916 а) идентифицировал процесс конденсации как состоящий из нескольких компонентов:
1) полного исключения некоторых латентных элементов; 2) «пропуском» в манифестное сновидение только фрагмента некоторых комплексов латентного сновидения; 3) комбинацией тех латентных элементов, которые имеют что-то общее, со смешиванием последних в единое целое в манифестном сновидении. Достаточно демонстративной формой проявления конденсации является, например, образ человека в сновидении, который состоит из черт различных знакомых людей. Этот образ может напоминать кого-то одного, быть одетым как кто-то другой, делать что-то, свойственное кому-то третьему, и, в то же время, спящий знает, что образ в целом представляет собой кого-то четвертого. Такие сложные структуры могут комбинироваться из различных предметов, мест, у которых есть что-то общее, скрытое в латентном сновидении. Фактически конденсация приводит к созданию новой транзиторной реальности, которая в своем ядре имеет определенный общий элемент. Freud (1916 в) сравнивает возникающее в процессе конденсации наслоение друг на друга различных элементов с «затуманенным» и неясным имиджем, подобным наслоению нескольких фотоснимков на одном кадре.
Бессознательное функционирование, наряду с конденсацией, включает использование механизма смещения (Verschiebung, -нем.; displacement –англ.). Смещение заключается в том, что интерес, вовлеченность, интенсивность переживаний к какому-то человеку, объекту, событию, или идее отделяется от них и по ассоциативной цепочке перемещается к чему-то другому, что ранее не вызывало большой интенсивности вовлечения. Freud выделял две формы смещения:
(1) замена одного элемента более отдаленным, напоминающим изначальный; (2) смена акцента со значимого элемента на незначимый. Leader, Groves (2000) указывают, что Lacan при описании процесса смещения использовал термин «соскальзывание символов», означающий, что слово, имеющее сравнительно точное знаковое значение в сознательном мышлении, в бессознательном легко соскальзывает от одного символа к другому. В классическом психоанализе теория смещения связана с «экономической» гипотезой о том, что катектическая энергия (психическая энергия соединяется с идеей, частью тела, объектом, событием и др.) способна отделяться от идей и «проходить» по ассоциативным путям (Laplanche, Pontalis,1988).
Смещение особенно присуще первичному процессу, где энергия перемещается свободно от одного представления, образа или идеи к другим, что может приводить к возникновению патологического симптома, например, фобии. Смещение энергии на фобический объект сопровождается последующим ее «прилипанием» к объекту, локализацией и интенсификацией. В случаях конверсивных расстройств катектическая энергия смещается из области идеи к соматике, к определенным частям тела, чувствительности, органам восприятия. Анализ сновидений обнаруживает, что наиболее важная часть латентного содержания представлена незначительными деталями, недавними событиями или событиями давних периодов времени, которые уже стали объектом смещения в детстве. Смещение является прерогативой первичного процесса, хотя оно наблюдается и при вторичном процессе, где его «диапазон ограничен и вовлекает лишь небольшое количество энергии» (Laplanche, Pontalis,1988).
Поскольку классический психоанализ рассматривает сновидения как выражение бессознательного, их анализу придается чрезвычайно большое значение. Свободные ассоциации «соприкасаются» со сновидениями. Пациент, лежащий на диване и рассказывающий психоаналитику все, что приходит ему в голову, очевидно, говорит также и о своих сновидениях. Психоанализ - основной путь проникновения в бессознательное. Во время сна происходит релакс сил, сдерживающих доступ к бессознательному. Контроль ego и superego над бессознательным ослабевает и возникает возможность проникновения бессознательных материалов в сознание. При этом наиболее легко воспроизводятся материалы пресознания, которые касаются недавних событий. Возникает вопрос, почему воспроизводятся те, а не иные бессознательные материалы? Прорыв в сознание той или иной репрессированной информации возможен, в связи с ослаблением контроля.
Классические психоаналитики полагают, что одна лишь угроза того, что скрытые в бессознательном материалы могут прорваться в сознание, провоцирует тревогу, которая возникает во время сна. Это может приводить к пробуждению. Появляющиеся сновидения человек «не досматривает», т.к. возникающее при этом тревожное возбуждение приводит к просыпанию.
Существует и другой механизм, связанный с тем, что сновидения защищают себя с помощью психологических защитных механизмов. Одним их таких механизмов является маскировка, во время которой содержание сновидения становится менее угрожающим в связи с приобретением символической формы.
В тех случаях, когда человек искусственно лишен парадоксального сна или время этого сна сокращено, (например, при приеме снотворных), сон становится неполноценным. Возникает состояние, условно называемое «повышением давления парадоксального сна». То есть организм стремится восстановить нарушенное равновесие. Клинически это выражается в возникновении напряжения, повышении артериального давления, сердцебиении, риске развития различных кризисных вегето-сосудистых расстройств.
Люди иногда говорят, что не помнят снов. Это во многом зависит от времени пробуждения. Если человек просыпается во время классического сна, он может не помнить содержания сновидения, имевшего место в предшествующем парадоксальном сне. Это связано с тем, что классический сон может стереть энграмму. У одних людей это выражено в большей, у других – в меньшей степени. При просыпании во время парадоксального сна содержание сновидения остается в памяти. Бывает и так, что, проснувшись во время этого сна и, восстановив увиденное в памяти, человек приходит к выводу, что, поскольку в сновидении есть какой-то важный смысл, он порассуждает на эту тему завтра, но, снова заснув и проснувшись, он осознает, что ничего не помнит. Это связано с тем, что после сновидения развился классический сон и энграмма потерялась.
Содержание сновидений помогает аналитику понять проблемы пациента. Поэтому так важно регистрировать сновидения и работать над ними вместе с пациентом, что бывает невозможным, если он их не помнит. В процессе психоаналитической терапии пациент начинает лучше вспоминать содержание сновидений.
Существует несколько методов, помогающих запомнить сновидение. Согласно одному из них, перед засыпанием пациент кладет рядом с подушкой диктофон и в момент пробуждения фиксирует несколько фраз или хотя бы ключевое слово, которое отражает какую-то часть переживаний. Иногда достаточно вспомнить этот фрагмент и содержание сна восстанавливается в памяти.
Во время сновидения происходит ослабление контроля ego и superego и прорыв в сознание вытесненных комплексов и переживаний различного содержания, которые оказывают постоянное давление на сознание, стараясь вторгнуться в него. В сновидении предоставляется такая возможность, и содержание бессознательного оказывается в сознании спящего. Если эти материалы достаточно эмоционально неприятны, пугающи, насыщены отрицательными эмоциями, психика начинает защищаться от их прорыва в сознание и сразу же возникает защитная реакция.
Например, человек начинает видеть кошмарный сон и просыпается. Кроме того, в результате действия механизмов психологической защиты даже при ослаблении во время сна контроля ego и superego этот контроль существует и приводит к тому, что часть сновидения прорывается в сознание в измененном, замаскированном, а не в первоначальном виде. В сновидении содержится индивидуальная или общепринятая символика, имеющая определенную окраску, подразумевающая разнообразные смысловые оттенки.
То, что человек видит во сне и о чем он может рассказать, называется манифестным сновидением, представленным в системах образах содержанием. За манифестным содержанием скрывается латентное содержание сновидений, анализу которого в психоанализе придается особое значение. Латентное сновидение представляет скрытый смысл, который следует расшифровать. Анализ латентного сновидения может быть достаточно сложным из-за возникающего сопротивления психики усвоению негативной или несовместимой с superego информацией. Латентное содержание оперирует символами. В классическом психоанализе особое значение придается сексуальной символике.
Классическая трактовка символов обычно сводится к:
1.символике сексуального акта (движение по лестнице, преодоление какого-то препятствия и пр); 2.анализу символов, отражающих мужские и женские половые органы. Эта часть интерпретации сновидений остается недостаточно аргументированной. При анализе сновидений необходима осторожность в трактовках символики, которая может иметь разнообразное значение. Так, например, образы ужа и змеи означают в классическом психоанализе символы мужской сексуальности. На самом же деле, это может трактоваться как символ мудрости, а также иметь смысл, отражающий локализацию процесса в глубинном бессознательном с возникновением архетипных образов. Поэтому однозначный анализ этих, как и других, символов может оказаться неадекватным. Расшифровка символов носит весьма относительный и часто односторонний характер. Символика может быть неоднозначной. Так, например, в сновидениях достаточно часто возникают сюжеты, в которых присутствует вода, озеро, океан, колодец. Спящий спускается в воду и погружается в нее.
С точки зрения классического психоанализа, такие сновидения интерпретируются как желание вернуться в материнское чрево (околоплодные воды). В то же время сновидение может означать стремление к возврату в океан коллективного бессознательного. В каком-то частном случае сновидение с таким сюжетом отражает пережитый страх утопления или попытку покончить с собой таким образом. Сновидения с погружением в воду появляются у пациентов в процессе психоанализа и отражают необходимость «погрузиться» в свое прошлое для поиска причины беспокоящей проблемы. Hadfield (1964) считает, что такие сновидения непосредственно связаны с мифологией и ассоциируются с «необходимостью спуститься в ад, прежде чем подняться на небо». Данте был вынужден «спуститься» в ад своего бессознательного и только после этого он смог понять смысл жизни. Таким образом, один и тот же символ может быть интерпретирован по-разному. Само погружение в бессознательное может иметь смысл поиска причины нарушения и, в то же время, рассматривается как необходимый элемент обновления, использования неистощающегося источника энергии. Следующим примером является символика пещеры, или символика чаши. С точки зрения Freud`а, это символы женской сексуальности. Пещера и чаша символизируют влагалище.
Тем не менее, Jung оценивает эти символы как архетипы. Из пещеры вытекают ручьи, вода из которых обладает омолаживающим, несущим жизнь, целебным эффектом. Вода из Лурдской пещеры имеет способность мистического исцеления, сам по себе секс может быть символом мудрости. Библейская Ева съела яблоко из древа познания, будучи соблазненной змеем (мужской сексуальный символ). Таким образом, сексуальные символы во фрейдистской интерпретации могут представлять и другие аспекты. Интерпретация сновидений облегчается при использовании техники свободных ассоциаций.
Пациенту предлагается лежа на кушетке, успокоиться, отвлечься от посторонних влияний улицы, работы, настоящей ситуации; вызвать у себя состояние между сном и бодрствованием, и при этом говорить всё то, что ему «приходит в голову». Некоторым пациентам бывает трудно вербализовать содержание потока сознания. Им предлагаются вспомогательные методы. Например, рекомендуют представить, что они едут в поезде, смотрят в окно на пейзаж и фиксируют на нем внимание так же, как и на своих мыслях. Считается, что во время этого процесса пациент иногда говорит то, что отражает материал, прорвавшийся из бессознательного. Это могут быть отдельные слова и целые предложения, отражающие бессознательные желания, различного рода страхи, отношение к происходящей психоаналитической терапии, к аналитику и т. д. Пациент может начать о чем-то говорить и вдруг останавливается. Случившаяся задержка требует особого внимания. Следует проанализировать, когда она происходит и с чем связана. Целесообразно связать содержание свободных ассоциаций с тем, что дает анализ содержания сновидений. В анализе сновидений специалисты стараются придерживаться следующего правила. Сновидение нельзя интерпретировать, обращая внимание только на его содержание, иначе его оценка будет носить субъективный характер. Для интерпретации сновидений необходимо знать, в каком контексте оно возникло, и какие события в жизни человека предшествовали появлению именно этого сновидения. Анализ аналогичен работе с ТАТ, когда пациенту предлагается придумать, пофантазировать, порассуждать и рассказать не только о том, что он видит на предлагаемой ему картинке, но и о том, что происходило до события, которое он увидел на картинке и то, что, по его мнению, будет происходить после этого события. Пациенту предлагается рассмотреть сновидение как звено общей цепи событий. Зачастую приходится возвращаться к анализу уже обсужденного ранее сновидения в контексте конфликта и событий жизни, имеющих для пациента особое значение. Можно обратиться к пациенту с просьбой еще раз вернуться к сновидению и постараться вспомнить какие-то детали, на которые он раньше не обратил внимания; связать воедино несколько сновидений, следующих одно за другим через определенный промежуток времени, и отыскать наличие общего компонента, который был бы характерен для каждого сновидения.
Рассказ о сновидениях требует вторичной ревизии, т.к. сновидение само по себе носит фрагментарный характер и для достижения логичности и последовательности изложения необходима когезивность (спаянность). Несмотря на то, что этот процесс происходит автоматически в бодрствующем состоянии, необходим элемент волевых усилий, включающий преодоление психологической защиты. Freud выделял такие понятия, как толкование (интерпретация) сновидений и работа сновидений. Под работой сновидения понимается бессознательно происходящая операция, в процессе которой латентное содержание сновидения превращается в манифестное (происходит перевод скрытого смысла сна в явный). Толкование сновидений – попытка диагностировать скрытый смысл сновидений. Именно поэтому, психоаналитическая трактовка сновидений должна проводиться с учетом дифференциации латентного и манифестного его содержания. В интерпретации сновидений важно акцентировать внимание на феномене перемещения. Самая важная часть сновидения может находиться где-то в стороне, будучи отодвинутой на второй план.
Например, пациент во сне переживает ощущения, связанные как будто бы с проникновением под его кожу каких то насекомых. Он обращается к знакомому врачу, который объясняет возможные причины таких ощущений, называя чесотку, трофические расстройства и т. д. В то же время, он обращает внимание пациента на возможную связь этих ощущений с состоянием его сердечно-сосудистой системы. Между тем психоаналитическое исследование показывает, что пациент является человеком с гипертрофированным чувством собственной значимости и страхом потери уверенности в себе. Обращение к психоаналитику явилось для него серьезным шагом к преодолению себя, т.к. во время визита он должен был рассказывать о себе то, что, с его точки зрения, его компрометирует. Результатом переживаний явились боли в области сердца и сновидение, в котором проникновение психоаналитика в ментальное пространство пациента трансформировалась в попадание под кожу насекомых. Это привело к фиксации на сердцебиении и болях в области сердца, которые хотя и нашли отражение в сновидении, но возникли на втором плане. Интерпретация сновидений должна включать понимание того, что часть приснившихся образов может быть непосредственно связана с осознаваемой личностью пациента, а какая-то другая представляет вытесненную и скрытую в бессознательном.
Так, например, пациентке часто снится, что кто-то стучит в окно. Когда она подходит к окну, она видит красивую женскую фигуру. Сама пациентка как защитный механизм выбрала для себя подчеркнуто мужественный стиль, как в одежде, так и в манере поведения. Женская часть ее личности недостаточно реализуется и, прорываясь в сновидениях, находит символическое выражение в стуке в окно и стремлении войти. В этом сновидении ассоциацию следует искать не с другим человеком, а с набором качеств, присущих данной пациентке. Какая то часть сновидений остается не понятной и не расшифрованной. Это связано с тем, что сновидения, неподдающиеся интерпретации, отражают какую-то матрицу психики, репродуцирующую содержание образа, выходящего за пределы личностного опыта. Такие сновидения относятся к разряду редких, не встречающихся в повседневной «ночной» жизни. Как правило, они возникают во время каких-то значимых событий, перед принятием важного решения, в кризисные периоды жизни. Они как бы подсказывают человеку не решение вопроса, а необходимость призадуматься и сконцентрироваться на себе, остановиться и оглядеться. Содержание этих снов может быть разным, но в них обычно присутствуют круги, квадраты, мандалы, большие пространства, залитые водой; стихийные бедствия (наводнения, пожары); ящерицы, змеи, крокодилы, доисторические животные и.т.д. Эти сновидения, в отличие от обычных, всегда хорошо запоминаются и практически не забываются.
Психодинамическое направление подчеркивает значение в возникновении посттравматических стрессовых расстройств (ПТСР) конфликтов, возникших из-за несоответствия личностных ценностей и внутренней картины мира пациента действительности травмирующей ситуации. Задаче по устранению этих конфликтов должна быть подчинена работа специалиста. Bromberg (1994) и Davies (1996) считают, что травма создает аффекты и мысли, которые человек не в состоянии интегрировать. Bromberg рассматривает диссоциацию как психологическую защиту против всепоглощающей тревоги, угрожающей распаду психической деятельности. Диссоциация позволяет разделить психику на субсистемы self -объектных репрезентаций с различными содержаниями и организациями. Одна субсистема включает отношения с агрессором и содержит эмоции ярости, ужаса, вины, стыда, фантазии, деструкции, предательства и др. Другая – состоит из self - объектных отношений с людьми, проявляющими заботу, сочувствие, оказывающими помощь и защиту. По мнению Davies, это не значит, что одна субсистема становится сознательной, а другая подсознательной. Обе системы альтернируют в сознании в зависимости от того, какая из них активизируется конкретными событиями. Травматическое переживание, по мнению Sterna (1996) и других, будучи удаленным из когнитивной процессуальной системы, остается в неформулированном и несимволизированном состоянии.
Т.о., общая цель психокоррекции лиц с ПТСР– достижение когнитивной и эмоциональной интеграции self - объектных репрезентаций, позволяющей редуцировать постстрессовое состояние. Поскольку одним из способов решения этой задачи является анализ сновидений, мы использовали его с целью коррекции ПТСР. Сновидение в аналитической психологии рассматривается как естественный, регулирующий психический процесс, аналогичный компенсаторным механизмам телесной деятельности. Классическая юнговская идея охватывает две формы компенсации: 1) сновидение как «сообщение» эго; 2) как самопрезентация психического. Hall (1983) добавляет третью форму компенсации – попытка прямого изменения структуры комплексов, на которые опирается архетипическое egо с тем, чтобы отождествляться на более сознательных уровнях. «Поскольку сновидения дают информацию о скрытой внутренней жизни и выявляют компоненты личности, которые в дневной жизни означают лишь невротические симптомы, то пациента можно лечить не только сознательно, но и бессознательно, путем ассимиляции сознанием содержаний бессознательного». Различные элементы сна рассматриваются как проекция отдельных частей личности человека, видящего сон. В сновидении содержится индивидуальная и общепринятая символика, имеющая определенную окраску, подразумевающая разнообразные смысловые оттенки. Таким образом, целью клинического использования сновидения является стремление помочь сновидцу более ясно увидеть многочисленные формы его собственной личной структуры, которая обычно не осознается и попросту отреагируется в мир, зачастую доставляя человеку невротические неприятности. Для этого пациенту предлагается последовательно идентифицировать себя с разными элементами сна, чтобы присвоить обратно свои проекции, осознать и интегрировать отвергаемые им части личности.
Аналитическая интерпретация сновидений двух наших пациентов с ПТСР проиллюстрирована следующим образом.
Наблюдение 1. Молодой человек Р. проходил военную службу в Чеченской республике в 1997 году. Жалобы на неуверенность, сниженное настроение, потерю интереса к работе. Объективно: напряжен, испытывает трудности в установлении контакта, диапазон аффективного реагирования сужен. О содержании снов, которые после пребывания в армии повторяется несколько раз и имеют одно и то же содержание, рассказывает следующее: вижу себя находящимся в деревенском клубе. В зале пусто, никого нет. Появляется мужчина с ножом, который нападает на меня и хочет убить. Я обороняюсь. Мужчина исчезает, появляются мои друзья. Я оказываюсь на лесной поляне с друзьями, вдалеке играет музыка. Друзья исчезают, а я держу на руках грудного ребенка, завернутого в одеяло. Я стою с ребенком в темном помещении, появляется тот же человек с ножом и опять нападает. Я дерусь с ним, защищая себя и ребенка, и убиваю мужчину его же оружием. Р. просыпается с ощущением неприятного эмоционального состояния. Анализ сновидения проводился с использованием следующей интерпретации. Нападающий мужчина ассоциируется у Р. с маджохедом (наемником) – жестоким, злым. – «Он хочет убить меня за то, что я убивал в Чечне» (комплекс вины). Появление агрессивных мотивов во сне по отношению к эго сновидения со стороны другой фигуры может в диагностическом плане указывать на депрессию бодрствующего egо. Так как депрессия отчасти связана с гневом, который не получает достаточного выражения в сознании, то гнев может быть представлен в образе «нападающего» и является персонифицированным образом Тени. Тень всегда выступает компенсаторно по отношению к сознанию, т.о. нападение рассматривается как невыраженная агрессия в бодрствующем состоянии Р. Прослеживается следующий мотив: egо сновидения актуализируется и стремится быть активным. Поскольку egо сновидения активно обороняется, защищая свой egо -образ (ребенок ассоциируется у Р. с чувствами нежности и ласки), и в процессе борьбы убивает нападающую фигуру, это можно рассматривать как показатель активности бессознательного egо -образа и глубокий процесс преобразования на архетипическом уровне. Однако, комплекс вины не позволяет Р. интегрировать содержание Тени.
В процессе совместного анализа и интерпретации, Р. подтвердил тот факт, что время от времени у него появляются признаки жестокости и агрессивности. Далее с пациентом обсуждались возможные способы проявления агрессии в социально приемлемой форме. На следующих сеансах Р. отмечал повышение настроения, активности, появление желания и интереса к карьерному росту. Наличие снов с преследованием угрожающими субъектами или другими существами, обозначают беспокойство, тревогу. Сильные эмоциональные реакции на других в прошлом возвращаются в форме компонентов (агрессии) своей собственной тени. Наблюдение 2. Пациентка рассказывает о сновидении, которое ее очень испугало. Она увидела себя лежащей в окружении ряда горящих свечей на чем-то, напоминающем стол. Возникшие ассоциации со смертью спровоцировали появление сильного страха. Появившийся из-за шкафа незнакомый мужчина, открывает шкаф и начинает выбрасывать его содержимое, откладывая отдельно самые дорогостоящие из ее платьев. Приближение мужчины, казалось бы, должно было бы вызвать у пациентки страх, но у нее при этом появляется чувство облегчения и уверенности. В это время раздаётся стук в дверь. Открыв ее, женщина видит на пороге своего мужа, который пытается ей что-то сказать. Действия мужа вызывают у нее неприятные ассоциации, но никто из стоящих по обе стороны порога его не переступает. Пациентку испугал сон, во время которого она увидела себя умершей. Анализ предшествующих событий показал наличие в жизни женщины большого количества желаний, которые она не могла реализовать т.к. муж, с одной стороны, отрицательно относился к ее самостоятельности, а, с другой, - постоянно упрекал ее в том, что она тратит много денег на приобретение ненужных, с его точки зрения, вещей и неадекватной оплаты способов своего времяпрепровождения. Она решила пойти работать и стать самостоятельной. То, что она увидела себя мертвой в сновидении, означает, что какая-то часть ее личности действительно умерла. Мужчина, выбрасывающий вещи из шкафа, - ее анимус. С ним связано охватившее пациентку чувство облегчения. Муж, стоящий по ту сторону порога, находится вне ее психического мира, поэтому она и не может установить с ним контакт.
Практика показывает, что анализ сновидений может применяться при следующих состояниях, характерных для ПТСР: Невротические расстройства. Депрессивные проявления, нарушения сна. Дезадаптирующие особенности личности (повышенная тревожность, агрессивность, раздражительность). Список литературы:
|
|
| Обновлено 09.03.2010 21:01 |
